​Заповедное… браконьерство

01.10.2017 21:06 0

Как человек обстоятельный, Альберт Федорович Заживило скрупулезно записывал все, что происходило с ним и окружающей природой. Правда, лесника не флора интересовала в первую очередь, а фауна. А наблюдения за ней он фиксировал как в дневнике и отправляемой корреспонденции, так и на подручном писчем материале, коим служили даже обертки из-под сахара-рафинада.

Вот, например, такое откровение: «…На 27 ноября добыл 16 соболей, штук 60 белок — не ахти, конечно, но… Решаю отдать ребятам четыре соболя и штук 25 белок, а еще трех глухарей — всем по одному… Послали бы поскорее (идет перечень продуктов) и непременно «Справочник охотника» или любую книгу о правке шкурок пушных зверей…»

Весьма вольно распоряжался Альберт Федорович ценным государственным достоянием — пушниной и дичью — даже если предположить, что был он в ту пору штатным охотником. А прося учебник, он задавался целью сам выделывать шкурки, чтобы их «отдавать ребятам» в готовом виде (а значит — и за большую цену, конечно).

Строчки из письма в адрес А. Ф. Заживило: «…Собрали тебе посылочку, но патронов в ней не будет».

Согласно сводкам того времени, коопзверопромхоз своих охотников снабжал патронами всегда в достаточном количестве. Если снова предположить, что Альберт Федорович был в эту пору штатным охотником, — значит, патроны ему требовались для левых выстрелов.

А вот еще дневниковые записи лесника: «…Хорошо ходит соболь…» (15 января 1984 года), «Мало в этом году птицы…» (18 января 1984 года).

Такое объяснение написал Альберт Федорович в ГОИ по поводу обнаруженной и изъятой у него продукции незаконной охоты и орудий лова:

«Петли на лося, шесть штук: хранились, снятые мною еще в 1973 году, когда геофизики рубили просеки.

Капканы, 42 штуки: остались со времен, когда был штатным охотником.

Самолов на выдру: привез из Угута, где мне его подарили.

Мелкокалиберная винтовка и ружье: держал как запасное оружие… для самоохраны.

Мясо лося (свежее): это останки зверя, загнанного росомахами.

Шкура лося (старая): держу ее, как постель для приезжающих. Убил я этого лося давно и по ошибке — стрелял в темноте по силуэту, думал, медведь ломится в избушку».

Патроны мелкокалиберные, 400 штук: имеются…»

Вот только не имелось у Заживило истинных причин наличия этих патронов, так же как всего вышеперечисленного. Вину он признавал частично (как подозреваемый в совершении преступления по ст. 218 и 166 Уголовного Кодекса РСФСР), всячески изворачивался. Комментируя, например, происхождение мелкокалиберной винтовки, заявлял: «В 1974-м выменял ее на водку».

Значит, десять лет кряду пользовался ею Зиживило на благо личных и корыстных интересов — не говоря уже о длительном и противозаконном хранении нарезного оружия. Только вот зачем она ему, винтовка? Об этом он и не помышлял признаваться.

Из оправдательных документов А. Ф. Заживило: «18 февраля ко мне прилетела бригада госохотоинспекции… Я им сразу сказал, что у меня есть останки лося, растерзанного росомахами… И что на них уже поставлены капканы…

Когда его, уличенного и задержанного, переправляли в Сургут, когда ему казалось — за ним никто не наблюдал, он пытался спрятать под запасной бензобак вертолета правилку для собольих шкурок. Возможно, полагал Альберт Федорович, на одну правилку будет меньше. Значит, долой самое убедительное вещественное доказательство!

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

​Два мертвых младенца за сутки на улицах Подмосковья ​Песков вновь заявил, что вопрос Крыма не подлежит обсуждению В Сургуте ожидается ухудшение погодных условий Проведена первая в мире операция по пересадке головы. Но есть один нюанс ​В Югре насчитывается более 10 тысяч волонтеров

Лента публикаций