Лия Шарова: «Это наш общий мамский портрет – страус головой в песке»

02.02.2018 5:06 7

Лия Шарова: «Это наш общий мамский портрет – страус головой в песке»

Январь в российских школах очевидно получит название «месячник по безопасности». Как, впрочем, и февраль и, возможно, до самого мая все задействованные в процессе лица – от ученика до уборщицы – будут отрабатывать вопросы пропускной системы, родительской бдительности, учительской внимательности, тренировочной эвакуации… Причина тому – январские ЧП в школах Перьми, Улан-Удэ.

Примерно 101 миллиард рублей понадобится для того, чтобы все российские школы охранялись специализированными охранными предприятиями, подсчитали в Минобрнауки РФ. Суммы огромные, но к ним еще надо добавить стоимость пропусков (за счет родителей), видеокамеры, рамки-металлоискатели. Только все это не имеет никакого смысла, если сами школьники имеют слабое представление о личной безопасности. А между тем согласно статистике 80 процентов детей думают, что преступник в черной маске и с пистолетом. 90 процентов детей пойдет с посторонним человеком спасать котенка.

Почему бесполезно отключать дома интернет, ставить подростка-бунтаря на учет полицию, запрещать гулять, а также то, о чем школьникам не успеют рассказать на ОБЖ за 45 минут урока, расскажет эксперт, руководитель школы безопасности «Стоп Угроза» Лия Шарова (г. Москва).

- Лия, вы все время в разъездах, а сейчас график проведения ваших семинаров совсем плотный. После каких событий вы стали более пристально изучать детскую безопасность, и что сподвигло вас начать рассказывать об этом родителям?

- Пока моя дочь ходила в школу за ручку со мной или с бабушкой и не гуляла одна на улице, я особо не задумывалась, но ей исполнилось 13, и пришло время самостоятельных поездок в школу, я стала очень волноваться. Ну а когда она как-то забыла написать «контрольную» смс, что доехала до школы, и отключив звук телефона, не отвечала на звонки в течение часа, я думала, что, реально, поседею. Все эти ужасы, которые так легко заполняют мозг матери, если та не может дозвониться до ребенка, все эти «а что, если», и, конечно, понимание полнейшей своей беспомощности, я уверена, знакомо каждой маме.

Я стала думать: наши советы и все фразы из серии «Не разговаривай с посторонними», «Никуда ни с кем не ходи» и тп. на практике совершенно ничего не решат. Я понимала, что моя Дашка легко может поддаться на уловки, что она постесняется ответить невежливо, пойдет помогать кому-то, особенно старику или животному, да и даже если кто-то схватит ее за руку и потащит в машину, я сомневалась, что она бы смогла громко закричать. И тогда я стала учить ее сама, и увидела все те родительские ошибки и «недодумывания», из-за которых дети попросту не воспринимают нужную информацию, необходимые практические умения.

Затем я перерыла тонны литературы, в основном, иностранной, через гугл-переводчик, поработала с друзьями и их детьми, провела несколько десятков тренингов в разных организациях и написала книжку-пособие для родителей. И поняла, что это нужно, очень нужно абсолютно каждой семье без исключения. Так родилась «Стоп Угроза».

- К вам приходят мамы и папы, которые хотят защитить ребенка от опасности и на улице, и в интернете. Скажите, они уходят больше со знаниями или со страхом?

- Со страхами они приходят. И не могу сказать, что они уходят без страха. Моя задача не успокоить и не запугать, а четко рассказать, что делать, чтобы все получилось, чего не делать, чтобы все не испортить и вдохновить на спокойную заинтересованную работу дома со своим ребенком. По сути очень важно понять одно: наши родительские страхи и наши эмоции по поводу разных ситуаций (интернет, панические статьи, случаи в городе или в районе) – не эффективны. Мы можем бояться, злиться, возмущаться и хотеть все запретить сколько угодно. Но это не сработает, а наоборот приведет к обратному эффекту. Поэтому я нацеливаю родителей на совсем другую стратегию воспитания: выдыхаем, что бы мы ни услышали от ребенка, не меняемся в лице, берем паузу, если нужно, а затем спокойно болтаем, задавая по-дружески разные вопросы.И уже полностью зная ту или иную опасную ситуацию, даем правильные советы и максимум поддержки.

На практике пока родители хорошо умеют только одно: бесконечно искать причины (влияние Запада, вред интернета, плохая компания, плохая школа) и возмущаться. Но констатации фактов еще никого не привели к решению проблем.

- Я помню и школьные уроки ОБЖ, это, конечно, были в основном приколы с противогазом и выполнение домашки по другим предметам. Наверное, во многом поэтому мы, сегодняшние родители, ходим на ваши семинары 🙂 Сейчас в школах стали серьезнее подходить к этой дисциплине?

- На мой взгляд, вес зависит от людей. В некоторых школах есть учителя, не обязательно ОБЖ, которые и очень правильно учат детей основам безопасности, и не теряют контакт с ними в подростковом возрасте. Таких учителей видно сразу и издали. К ним дети бегут на переменах обсуждать свои проблемы, их любят и уважают. Иногда один такой «клевый взрослый» может спасти не одну жизнь.

Лия Шарова: «Это наш общий мамский портрет – страус головой в песке»

Что касается программ ОБЖ, то да, в школах преподают и ПДД, и поведение в некоторых чрезвычайных ситуациях, но можно же прочитать с листочка так, что ни одно слово не долетит до сознания. Важно не «что» рассказывать, ведь ничего такого уж нового мы детям не придумаем, важно «как». И вот это «как» и есть суть моей методики, потому что с каждым возрастом это «как» очень и очень меняется. И то, что слышат семилетки очень сильно отличается от того, что слышат от тренеров подростки, хотя какие-то практические навыки остаются теми же: не стесняться, прерывать диалог, бежать и кричать, не садиться в машины, не ходить в гости, не писать личное в мессенджерах, проверять виртуальных друзей в скайпе и тд.

- Возможно, вы слышали о том, что в нашем городке было ЧП прошлым летом? 19-летний парень нападал на прохожих с топором. Тогда люди долго боялись на улицу выходить, для нашего небольшого и благополучного города – это серьезно, многие снова заговорили о необходимости «закрыть» город. Такие чрезвычайные случаи, как поножовщина в школе, парень с топором на улице – это ведь показатель того, что соломки не подстелить? Или все-таки можно? Потом стали появляться сообщения, что и тот был «с диагнозом», и другого «подозревали в расстройстве». Но якобы не предпринимали мер. Если окружающим быть более дотошными, это поможет избежать таких эпизодов?

- Вот отличный вопрос, который стопроцентно характеризует подход общества к проблемам безопасности. Подобных ситуаций будет еще миллион, и на все будет одинаковая реакция: Какой кошмар! Кто виноват? Надо было принять меры заранее. Надо найти внешнего врага и от него избавиться. Надо еще раз подозвать своего ребенка и зачитать ему вслух о происшествии, а затем добавить строго «Ты все понял? Никуда не ходи!»

Вся наша демагогия на тему «надо быть дотошными», «надо принимать меры», «надо вводить в школах специальные курсы», «надо отвлекать детей от интернета», «надо закрыть город» и так далее – это снятие личной ответственности с себя. Нам тревожно, и мы якобы поговорили об этом. Но даже если мы выгоним из страны всех мигрантов, запретим все, что можно и установим комендантский час, насилия меньше не станет. И дети нам, родителям, не начнут доверять и рассказывать правду. Вы не представляете, сколько историй о разных случаях я слышу каждый день? И совершенно точно могу сказать, что 99 процентов этих историй остаются нерассказанными родителям. И в этом виноваты только сами родители. Потому что все как попугаи повторяют детям одно и то же: «Как ты можешь смотреть эти идиотские ролики?» «Вы совсем разучились общаться», «Ты как наркоман с этими компьютерными играми», «Ты испортишь зрение и позвоночник, эти игры и интернет ничем не помогут тебе в будущем».

И все. Родители не понимают, что у них нет выбора. Они или начнут вникать, интересоваться и дружить со своим ребенком, в том числе и онлайн, или останутся за дверью. И если не в 12, то в 15 или 17 лет совершенно точно. Поэтому именно работу с родителями я считаю самой важной. Поэтому с родителями я провожу бесплатные вебинары каждый месяц и бесплатные семинары. Потому что вся соломка, которую можно подстелить, находится в руках каждой мамы и папы. И больше ее, соломки, нет нигде в этом мире: ни школа, ни государство, ни полиция, ни наши ахи-охи не помогут ни нам, ни нашим детям.

- Знаете, однажды в лихие 90-е наш журналист для эксперимента прошелся по территории крупнейшей городской элекктростанции, с «подозрительным» пакетом. Никто не интересовался им достаточно долго. Как думаете, сейчас много где получится повторить такой репортаж?

Опять же – в чем смысл? Заставить людей быть бдительнее? Давайте вспомним, как мы реагируем на новую информацию о ЧП? Мы пугаемся, мы делаем какие-то выводы. Делимся иногда с друзьями и знакомыми нашими эмоциями. И забываем. Возможно я скептик, но я не верю в эффективность воззваний к общественному сознанию, моральному долгу и даже к здравому смыслу. Все покудахтают и разойдутся.

- Все мы родом из детства. Насколько поведение подростков в школе зависит от ситуации в семье, от раннего воспитания?

- Ну, смотрите. Например, идут две семьи. В парке. Одна семья хохочет, дурачится, причем громко визжат и мама с папой, и дети. Им весело, и они не обращают внимания на окружающих. От второй семьи доносится «Какой ужас! Как они себя ведут! Не кричи! Не шуми! Смотри, на тебя уже тетя смотрит! Все дети гуляют спокойно, один ты орешь!» Как вы считаете, который ребенок сможет лучше ответить на улице постороннему? Побежать и закричать?

Лия Шарова: «Это наш общий мамский портрет – страус головой в песке»

Поведение детей напрямую зависит от родителей, а от кого же еще? Но это и есть та глухая стена, о которую я уже предпочитаю не биться. Я делаю свое дело. Те родители, которые могут что-то критически оценить, приведут своих детей к нам и послушают вебинар. Те, кто не может, будут спорить и истерить. У меня на это нет времени и сил. Я иногда просто вот плачу, видя, как дети остаются одни с чудовищными ситуациями, как они стоят на грани самоубийства, как они чувствуют себя совершенно потерянными и преданными. И как их мамы заносчиво, нагло, по-хамски отворачиваются от необходимости услышать, понять, поинтересоваться. То бессилие, которое я иногда чувствую, не передать. Всем якобы некогда (можно подумать те же мамы, приходя с работы, не утыкаются в дурные сериалы или в разборки с папами), все «ничего не понимают в этом современном интернете» - ну, пойди и поспрашивай у своего же ребенка, что он смотрит, что он слушает, и почему. И найди в себе силы не осудить, не заявить через две минуты: «Какой ужас! Какая глупость! Зачем ты это смотришь! Короче, грустно.

- Вспоминая школу 90-х, полагаю, что сегодня в ней дисциплина даже получше. Но вот сами дети, как мне показалось, более раскованные, бесстрашные. В самом образовательном учреждении, на ваш взгляд, может сложиться «подходящая» основа для бунтарей?

- Я не знаю. Сейчас дети живут в цифровую эпоху, это совсем другие темпы, чем в 90-х. Уже нет каких-то субкультур, в которых ребенок может позависать, типа готов, панков, эмо и тп. Сейчас волны «хайпа» сменяются каждый день. Каждый ребенок сталкивается с огромной дозой разнообразного негатива. И любая его негативная эмоция может найти многочисленную поддержку в сети. Что касается бунта, то он, наверное, не изменится никогда, это же суть подросткового сознания. Но можно встать на сторону бунтаря. Признать его правду. Его причины не соглашаться, не хотеть, не интересоваться тем, что ему предлагает мир взрослых. Они, кстати, объективны, эти причины.

Так что я не могу судить об образовательных учреждениях, сейчас все очень непросто, образовательная система распадается, теряет в качестве просто с катастрофической скоростью, улучшений в ближайшее время точно не предвидится. Чем меньше родители будут хотеть от других, тем лучше.

- У меня самой – первоклассник, он начал ходить домой из школы сам. Честно говоря, больше опасались, как он перейдет дорогу, но, судя по статистике на вашем сайте, мы не подготовили ребенка к бОльшим опасностям. С чего надо было начать знакомство со школой, дорогой в нее?

- Во-первых, забываем слова «преступник», «подозрительный человек» и начинаем разговаривать о своих и посторонних. Рассказываем, что мы, взрослые, не подходим к чужим детям, такое у нас правило. И нарушают это правило только или очень невоспитанные люди, или очень плохие. И любому постороннему можно ответить «Я вас не знаю, я не буду с вами разговаривать».

Еще нужно много болтать между делом, спрашивать его мнение, а не «разъяснять». И показывать, как надо отвечать, убегать, просить о помощи. Именно показывать. И конечно с помощью вопросов привести ребенка к пониманию, что никакого «дядьки в черной одежде» не попадется, что настоящий преступник будет выглядеть как обычный человек.

Если я буду подробно рассказывать, чему научить первоклашку до школы, это займет около 3-4 листов текста, поэтому переадресую вас на группы в соцсетях, где мы часто постим ответы на эти вопросы.

Лия Шарова: «Это наш общий мамский портрет – страус головой в песке»

- Когда я поднималась по школьной лестнице, меня чуть не снесло потоком «детей» выше меня ростом! Я и забыла, что восьмиклассники физически уже большие люди! А морально? Каков ваш совет родителям подростков?

- Дружить. Вникать. Искренне интересоваться. Слушать любую информацию с благодарностью за откровенность. Не критиковать и не судить. Понимать. Давать право на свое мнение. Принять тот факт, что родительское влияние утрачивается и приобретает другие формы. Что быть авторитетом это теперь быть другом, который в курсе. И быть в курсе. Смотреть его любимых видеоблогеров, слушать его музыку, спрашивать не «Как дела в школе? «Какие оценки?» и «Что ел?» а о том, что волнует самого ребенка, что с настроением, кто достал, что порадовало, что прикололо, как самочувствие, покивать, что да, дико лень делать уроки и вообще ничего бы не делать, было бы здорово. Подкинуть пару ссылок на классные видеоролики, посмеяться над свежими мемами в Инстаграме. И даже выучить наизусть пару текстов его любимого рэпера, да-да, с матом. А еще не критиковать его друзей, а наоборот сделать так, чтобы друзья ребенка приходили к вам со своими реальными проблемами. Так что совет простой: быть на стороне подростка. А не по ту сторону баррикад среди совершенно зашкварных взрослых 🙂

- И не могу спросить про социальные сети. Меня удивляют родители, которые не разрешают детям открывать дверь посторонним, но при этом «открывают» самих детей миллиону посторонних их страничками в соцсетях. Напомните еще раз, чем опасно бесконтрольное общение ребенка в интернете, размещение его фото, персональных данных.

- Контролировать что-то родители могут лет до 10-12. Дальше даже если отобрать все девайсы, запретить выход в интернет, ребенок все равно будет получать доступ на переменах и после уроков. Так что разумный контроль – это идти туда вместе. И все обсуждать. И это очень непросто, когда родители (а такое очень и очень часто) сталкиваются на страницах, которые видит ребенок с порнографией, матом, рекламой азартных игр, сюжетами о наркотиках. Но от того что мы закричим и закроем монитор проблемы не уйдут. Поэтому я предлагаю родителям идти на опережение. Увидели что-то, что вас смутило, испугало или разозлило – обсудите сразу спокойно и как само собой разумеющееся. И не будьте страусами. Вот расскажу конкретную историю. Я стою на перемене и жду начала занятия в пятом классе. Пятиклассники посмотрели один клип Хованского, громко матерясь вслед за ним, затем один парень вступил в юморную и немного с долей флирта перепалку с одноклассницей... Довольно грубо выразив ряд своих желаний. Всем смешно. Одноклассница в ответ его стукнула по руке, что было и небольно, и резонно. И тут рядом со мной вырастает мама этого пятиклассника, и кричит, подзывая сыночку. Сныочка, который только что матерился и говорил ну крайне пошлые вещи, в долю секунды превращается в румяного агнелочка. А мама возмущенно требует у него подозвать «эту наглую девицу»: «Почему она тебя стукнула? Что у вас за игры такие? Пусть подойдет, я с ней разберусь!»

Мне кажется – это наш общий мамский портрет. Страуса, спрятавшего голову в песок, и твердящего себе «нет, это все не про моего ребенка».

Они все знают уже в третьем классе. Пусть они знают, что вы знаете, что они знают. Тогда они смогут говорить с вами, потому что больше им поговорить не с кем. Разве что с такими же растерянными, депрессивными и часто радикально осмелевшими в сети подростками. Такие советы.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Виртуальный клуб Azino 777 – атмосфера азарта Госдума рассмотрит законопроект о специальной маркировке гомеопатических препаратов Жительница Нефтеюганского района хранила карты и пин-коды в одном месте. И осталась без денег МОК опубликовал эмблему с которой предлагается выступать российским спортсменам на ОИ // ФОТО Utair купит рекордное количество Боингов

Лента публикаций